Гуманистическая антропология Эриха Фромма

 

САМАРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ

МЕДИЦИНСКИЙ институт

КАФЕДРА ФИЛОСОФИИ

РЕФЕРАТ

на тему:

«Гуманистическая антропология

Эриха Фромма»

Выполнен соискателем кафедры фармакологии

Кант Е.В.

Самара — 2002 г.

План


I. Введение. Преемственность и значение философии Э.Фромма в масштабах мировой философской мысли.
II. Короткая биография философа.
III. Неофрейдизм как новое слово в психоанализе.
IV. Философская концепция Э.Фромма: главные позиции, критика и переосмысление источников, открытия.

1). Э.Фромм - реформатор психоанализа;

2). Социалистическая концепция Э.Фромма;

3). индивидум в определенной ситуации как исходный пункт философского раз мышления Э.Фромма;

4). Концепция разрушительного в человеке, парадокс исторической дегуманизации;

5). Человек как реализация продуктивного начала и мерило истории.
V. «Радикальный гуманизм» Э.Фромма и его значение для современников.

[pic]

Эрих Фромм (1900(1980)

[pic]

основная жизненная задачка человека — дать жизнь самому себе, стать тем, чем он потенциально является.

Самый весомый плод его деятельности — это собственная личность.

Эрих Фромм

I. Введение

Эрих Фромм (Fromm) (1900-1980) немецко-американский философ, психолог и социолог, один из ведущих представителей неофрейдизма. Пробовал соединить
Фрейда с Марксом и экзистенциализмом. С абстрактно-гуманистических позиций критиковал капитализм, выдвигал утопический проект сотворения "здорового общества" на базе психоаналитической "социальной и индивидуальной терапии".

Так скупо лаконична энциклопедическая статья в описании жизни и философии человека, который заслуженно занял свое место посреди виднейших мыслителей XX столетия. Его сотрудниками и, отчасти, единомышленниками в философском приятии (неприятии ?) мира можно смело считать Достоевского, когда речь идет о Личности, Толстого и ранешнего Маркса во взоре на делему гуманного общества, Фрейда, Юнга и Сартра в узком, практически мистическом рационализме подхода к природе сознания и творческой жизни человека. Идеи его, нашедшие воплощение во множестве произведений, употреблял в ходе собственного развития не лишь психоанализ, но и остальные философские течения, в том числе экзистенциализм, персонализм, герменевтика, социобиология. Значителен его вклад в развитие современной этики и политической философии. Философская мысль Э.Фромма стала импульсом к развитию гуманистического мышления нашего века.

Целью данной обзорной работы была попытка глубже проникнуть в духовный мир философа, в суть его взора на делему Человека, показать актуальность и недостаточную степень востребованности его трудов для жителей современного оптимального и ожесточенного мира. В некой мере она является и данью уважения благодарного почитателя.

II. Короткая биография философа

Эрих Фромм появился 23 марта 1900 года во Франкфурте-на-Майне, в еврейской семье. Прадед и дед его предки были раввинами, отец занимался торговлей, мать происходила из семьи эммигрантов из России. Фромм получил красивое образование в гимназии, а потом в наилучших институтах Германии.
Он окончил Гейдельбергский институт, в 1922 году получил степень доктора философии. После этого увлекся психоанализом, получил психоаналитическое образование в Мюнхенском институте, а потом – в Берлинском Институте психоанализа (1923-1924). После чего несколько лет был практикующим психоаналитиком, не оставляя занятий наукой.

. В случае Фромма как раз интересно и показательно то, что он не медик. Большая часть психоаналитиков имеет медицинское образование (то есть в базе собственной естественнонаучное), а у Фромма образование гуманитарное (в
Гейдельберге он изучал, кроме философии, еще и психологию и социологию).
может быть, конкретно это явилось предпосылкой сотворения Фроммом столь броского и своеобразного варианта фрейдо-марксизма, сотворения им не частной психотерапевтической доктрины, а социальной философии и более того – политизированной социальной философии. Было бы у него медицинское образование, подозреваю, Фромма элементарно бы снесло в увлечение незапятанной клиникой, то есть он занимался бы только исцелением пациентов.
К концу 20-х у него медлительно, но правильно стало нарастать недоверие к теории
Фрёйда (видимо, как раз сказывалось не плохое гуманитарное образование).
Кончилось это тем, что Фромм в 1929 году пришёл во Франкфуртский институт социальных исследований (узнаваемый как Франкфуртская школа). Франкфуртская школа оказала на взоры Фромма большущее действие. Все увлечение Фромма
Марксом исходит из периода работы во Франкфуртской школе. Фромм управлял в институте отделом социальной психологии, которым был проведен социологический анализ неосознанных мотивов поведения в малых и огромных группах в среде германских рабочих и интеллигенции. Накануне прихода к власти фашистов, эти исследования выявили готовность германского общества подчиниться диктаторскому режиму, по поводу которого у представителей франкфуртской школы не было ни иллюзий, ни симпатий.

Во Франкфуртской школе он конкретно работал до 1932 года, в 1933 году, после прихода фашистов к власти, Фромм, как и все «франкфуртцы», эмигрировал, приехал в США и работал в разных учреждениях уже как психоаналитик, либо доктор психиатрии, либо преподаватель психоанализа…институт психиатрии им. У.Уайта, Колумбийский и Йельский институт.

Известность к Фромму пришла довольно рано (во всяком случае, для человека, не так давно приехавшего в США) – в 1941 году, когда он написал книгу
«Бегство от свободы».
В Америке Фромм вел огромную преподавательскую работу. С 1946 г. Занимался научной деятельностью во вновь созданном Вашингтонском институте психологии, психиатрии и психоанализа. В 1947 г. Вышла в свет книга Фромма
"Человек для себя". В 1949 г., Когда франкфуртцы возвращались на родину,
Фромма с ними не было. Он остался в Америке. С 1951 по 1969 г. Он жил в
Мексике, где, освоив испанский язык, занимался преподавательской и научной деятельностью, возглавив Институт психоанализа при государственном институте в Мехико.

В 1961 году Фромм выпустил свою знаменитую книгу «Концепция человека у
Маркса». Появление книги было связано с тем, что Фромм незадолго до того вступил в Социалистическую партию США. Управление партии предложенную
Фроммом программу отвергло, после чего Фромм из партии вышел…

С 1969 и до собственного ухода из жизни в 1980 году Фромм с супругой живут в
Швейцарии. Он выступает с лекциями, участвует в публичной жизни, пишет книги. В самом солидном возрасте, совсем не ощущая себя старым, Эрих Фромм сохраняет ясность разума и живость восприятия, что является явным признаком полноценной творческой жизни.

III. Неофрейдизм как новое слово в психоанализе

Неофрейдизм, который Э.Фромм представляет наряду с К.Хорни, Х.С.
Салливаном и др., Является одним из увлекательных направлений современной американской философии и психологии, появившимся в конце 30х гг. В процессе соединения психоанализа с американскими социологическими и этнографическими теориями. Перенося центр тяжести с внутрипсихических действий на межличностные дела, неофрейдизм истолковывает психические нормы как приспособление личности к социальной среде (учение о защитных формах поведения в духе бихевиоризма и др. ). Неофрейдизм редуцирует психоанализ, отклоняя учение З.Фрейда о либидо и сублимации, видя в бессознательном связывающее звено меж социальными и психическими структурами. Отличительной чертой неофрейдизма является "социологизация" психологии и, напротив, психологизация самих социальных явлений.

В центре внимания лично Э.Фромма противоречивость человеческого существования, взятая не в качестве субъективно-личной деятельности, а как онтологический факт. Философ различает следующие дихотомии: патриархальный и матриархальный принципы организации жизни людей, авторитарное и гуманистическое сознание, эксплуататорский и рецептивный
(послушный) типы характера, обладание и бытие как два метода жизнедеятельности индивидума, экзистенциальное и историческое существование человека, негативная "свобода от" и положительная "свобода для" в процессе развития личности. Он исходит из того, что личностные и онтологические основания человеческого существования, с одной стороны, как бы дополняют друг друга, создавая сразу неповторимость и всеобщность человеческого бытия, а с другой противоречат друг другу в силу того, что неповторимость и всеобщность несовместимы. Разрабатывая учение, представляющее собой синтез психоаналитических, экзистенциальных, философско-антропологических и марксистских идей, Фромм стремится отыскать методы разрешения дихотомий человеческого существования, ликвидации разных форм отчуждения чело века, найти пути оздоровления западной цивилизации, показать перспективы свободного и творческого развития личности. Отвергнув биологизм
Фрейда, он пересматривает символику бессознательного, смещая упор с подавленной сексапильности на конфликтные ситуации, обусловленные социокультурными причинами, вводит понятие "общественного характера" как связывающего звена меж психикой индивидума и социальной структурой общества, изучает главные тенденции развития западной культуры с её потребительскими ценностями, деперсонализацией, дегуманизацией общественного характера, отчуждением. Устранение исторических противоречий, зависящих от социальных условий жизни людей, соотносится им с построением общества, основанного на принципах гуманистической этики, активизации индивидума посредством способов гуманистического управления, распространения психодуховных ориентаций, являющихся эквивалентом религиозных систем прошедшего. Частичное разрешение экзистенциальных дихотомий Фромм связывает с раскрепощением внутренних способностей человека к любви, вере и размышлению. В конечном счете, осознание человеком не подлинности собственного существования в обществе полного отчуждения, реализация им собственной сущности и обретение "самости" заместо "мнимого Я", возрождение жизнеутверждающего мировоззрения и внутреннее моральное обновление, восстановление гармонии меж индивидумом и природой, личностью и обществом все это может быть на базе использования
"гуманистического психоанализа", предлагаемого Фроммом в качестве социально приемлемого средства освобождения людей от иллюзий их бытия. Подлинной ценностью человека Фромм считает способность к любви, ибо любовь, в его понимании, служит критерием бытия и дает ответ на делему человеческого существования. В процессе овладения искусством любви происходит изменение структуры характера человека, в итоге чего уважение к жизни, чувство идентичности, потребности в привязанности к миру, в заинтересованности в единении с ним, по Фромму, стают превалирующими, тем самым, способствуя переходу от эгоизма к альтруизму, от обладания к бытию, от
"кибернетической религии" к новому, гуманистическому духу, характеризующемуся нетеистической, неинституциональной религиозностью.

Фромм, непременно, энциклопедичен и разносторонен. Он обращается к разным культурам, к мифологии и религиозным текстам, к восточной религии и мировой философии. Он стремится переосмыслить исходные установки философии, этики, психологии, культурологии. При этом он никогда не утрачивает собственной своей темы, присущего ему типа рефлексии. Постоянно возвращаясь к идеям, выраженным в его первых работах, Фромм в течение долгой плодотворной жизни обогащал их.

Итак, рассмотрим подробней положения философской концепции Э.Фромма, пытаясь понять, что же завлекает к его работам столь огромное внимание, как профессионалов, так и обычного читателя, и в чем же, фактически, его личный вклад в философию.

IV Философская концепция Э.Фромма: главные позиции, критика и переосмысление источников, открытия.

1). Э.Фромм - реформатор психоанализа.

до этого всего, он выступал как реформатор психоанализа. Фромм проницательный и глубочайший психолог, сумевший раскрыть истоки человеческих страстей, мотивы человеческого поведения. Он придал психоанализу историческое измерение. Анализируя способности раскрепощения человека,
Фромм показал богатейшее социологическое воображение. Тончайшие механизмы психики он изучил на фоне многомерного социально-исторического контекста.

Фромм писал: " Я никогда не соглашался с тем, что меня причислили к новой "школе" психоанализа, как бы её ни называли "культурной школой" либо
"неофрейдизмом". Я убежден, что эти школы дали ценные результаты, но некие из них отодвинули на задний план многие открытия Фрейда. Я точно не являюсь "ортодоксальным фрейдистом". Дело в том, что неважно какая теория, которая не изменялась в течение 60 лет, конкретно по данной причине не является больше начальной теорией собственного создателя; она, быстрее, окаменелое повторение прежнего и, как такая, в реальности преобразуется в установку. Свои основополагающие открытия Фрейд выполнил во вполне определенной философской системе, системе механистического материализма, последователями которой было большая часть естествоиспытателей начала нашего столетия. Я считаю, что нужно дальнейшее развитие идей
Фрейда в другой философской системе, а конкретно в системе диалектического гуманизма".

В чем проявилось реформаторство Фромма в психоанализе? До этого всего, в том, что, в различие от Фрейда, философ считал человеческую природу обусловленной основным образом исторически, не преуменьшая при этом роли биологических факторов. Он отказался от установки Фрейда, будто неувязка человека может быть верно сформулирована в определениях противопоставления биологических и культурных факторов (работа последнего года жизни
"Greatness and limitations of Freud's Thought" N.Y., 1980).

Фрейд считал, что человек является закрытой системой, "вещью в себе".
По его мнению, природа наделила человека определенными биологически обусловленными рвениями, и развитие личности служит реакцией на ублажение либо фрустрацию этих стремлений. Фромм же показал, что основной подход к исследованию человеческой личности обязан состоять в понимании дела человека к миру, к иным людям, к природе и к самому себе. Согласно его воззрениям, человек вначале социальное существо.
Следовательно, ключевая неувязка психологии состоит не в раскрытии механизма ублажения либо фрустрации отдельных инстинктивных стремлений, а в отношении индивидума к миру.

Различие меж биологическим подходом Фрейда и социальным мышлением
Фромма существенно и радикально. Фрейд сообразил роль бес сознательной психосексуальной энергии в жизни человека. Он справедливо подчеркивал, что она оказывает действие на все сферы деятельности личности и эмоциональную, и интеллектуальную. Согласно же Фромму, фрустрация либо эрогенность сами по себе не приводят к закреплению соответствующих установок в личности человека. Значение фантазий и физических чувств состоит не в наслаждении и не в сублимации, а в том, что они выражают стоящее за ни ми специфическое отношение к миру.

Фрейд исходил из глубочайшего убеждения в порочности человеческой природы. Фромм отверг эту посылку. Он показал, что такие идеалы, как истина, справедливость, свобода, хотя они частенько оказываются только пустыми словами либо рационализациями, могут быть подлинными рвениями человека.
Анализ, который игнорирует эти рвения в качестве динамических факторов, постоянно ошибочен.

Создатель психоанализа ограниченно соображал секс, а тем более любовь, нежность. Фромм, в различие от Фрейда, показывал, что экономические, психологические и идеологические причины находятся в сложном содействии. Они не являются обычным рефлексом сексапильности. Человек реагирует на конфигурации наружной обстановки тем, что изменяется сам.
Психологические причины, в свою очередь, способствуют дальнейшему развитию экономического и общественного прогресса. Понятно, что Фромм пробовал гуманизировать психоанализ. По его мнению, конкретно Фрейд стал в первый раз изучить личность, как некую тотальность. Он открыл особенный способ наблюдения за человеком, который дозволял анализировать свободные ассоциации, ошибочные деяния, символические акты поведения. Совместно с тем психоанализ не лишь способ управляемой интроспекции. Его можно считать специфичной исповедью, когда больной, направляемый специалистом, раскрывает свои мысли, желания, тягостные либо предосудительные воспоминания и освобождается, таковым образом, от их вредного действия. Он дополняется истолкованием и критикой неких объективных актов поведения, смысл которых ускользнул от внимания традиционной психологии. В частности, психоанализ дал возможность доказать, что сны имеют смысл. Он даже дозволил раз гадать этот смысл. В классической древности, как понятно, снам придавали большущее значение, считая их предсказаниями грядущего. Современная
Фрейду наука изгнала сны в область предрассудков и суеверий, объявила их обычным "телесным" актом, собственного рода судорогой глубоко спящей психики. В собственной работе "Забытый язык" Фромм обращается к анализу снов и легенд, подчеркивая, что для старых миф игрался совершенно другую роль, ежели в наши дни. Люди, жившие в развитых цивилизациях Запада и Востока, разглядывали сны и легенды как важнейшее выражение души. Неспособность понимать их оценивалась как неграмотность. Меж тем сны это универсальное явление человеческой жизни. Оценивая широкий арсенал знаков, Фромм пробовал типологизировать их, создавая реальную базу для сопоставления разных форм забытого языка.

Эти открытия Фромма во многом изменили направленность психоанализа, обеспечили новый виток его развития. Они дозволили употреблять методику неофрейдизма для анализа социальноисторической динамики. Философу удалось сделать целую галерею социальных типажей и характеров; он пробовал осмыслить публичные, политические коллизии века. Вполне естественно, что это привело его к потребности выявить гуманистический потенциал идей К.Маркса.

2). Социалистическая концепция Э.Фромма.

Работа Э.Фромма с заглавием "Концепция человека у К.Маркса" ( "Marx's
Concept of Man" ) вышла отдельным сборником в 1961 г. И содержала статью
Фромма и ранешние произведения К.Маркса. Публикация этого сборника была вызвана тем, что Фромм в это время вступил в Социалистическую партию США и попытался сделать для нее новенькую программу, ориентированную на
"гуманистического" Маркса. И тут выяснилось, что в Америке периода
"холодной войны" и антикоммунизма вообще не было британского перевода ранешних работ Маркса ( лишь в 1959 г. В Англии возник перевод, сделанный в русском Союзе ). таковым образом, Фромм в собственном сборнике "Marx's Concept of Man" выполнил первую публикацию важнейших частей "Экономическо- философских рукописей 1944 года" и "германской идеологии" (18451846). Перевод был сделан Т.Б.Боттомором, английским социологом неомарксистской ориентации, с которым Фромм был в большой дружбе. Впечатление от данной публикации в США было большущим, а Фромм стал наикрупнейшей фигурой для американских неомарксистов.

В собственных работах "Концепция человека у Маркса" и "Из плена иллюзий"
Фромм раскрыл особенности философско-антропологического мышления Маркса, показав, что для него история человечества это, до этого всего, летопись неизменного развития человека и сразу возрастающего отчуждения. Очень перспективно и оригинально истолковывая марксистское учение, американский философ отмечал, что отчужденный человек не лишь чужд иным людям, но лишен чело вечности как в естественном, природном, так и в духовном смысле.
Такое отчуждение от человеческой сущности ведет к экзистенциальному эгоизму и формулируется как перевоплощение человека в средство собственного личного существования. В процессе отчуждения человек в известном смысле лишается даже собственного тела и окружающей его природы, а также собственного духовного "Я", себя самого как человеческого существа.

Фромм показал огромную разницу меж взорами Маркса и воззрениями коммунистов тоталитарного толка. Человечность человека никогда не обязана служить только средством для страны, класса либо нации. Отчуждение ведет к переоценке всех ценностей. Человек является пленником тех политических институтов, которые сам же создал.

Хотя Фромм и отдал дань наивному социальному прожектерству, его оценки разных социальных действий различаются исторической дальновидностью, а многие идеи носят характер провозвестия. Фромм был в числе первых исследователей, обратившихся к диагностике тоталитарного общества, причем не лишь нацистского, но и казарменно-социалистического.
В различие от многих исследователей, которые считали нацизм случайным отклонением от исторической магистрали, Фромм показал стойкость и воспроизводимость тоталитаризма как политической практики и типа мышления.
Предупреждения Фромма содействовали отрезвлению социально-философской и политической мысли, оказали действие на исследование парадокса деспотии.

Обращаясь к социалистической идее, Фромм задолго до современных прозрений пришел к выводу, что социализм не обязан быть обществом заорганизованных, автоматизированных индивидов, каждый из которых подчинен государству, машинам, бюрократии. Даже если бы правительство, подчеркивал он, стало бы работодателем в виде абстрактного капиталиста, даже если бы весь публичный капитал был бы сконцентрирован в одних руках ( безразлично одного частного капиталиста или одного государственного, публичного капиталиста ) все равно такое общество нельзя было бы назвать социалистическим.

таковым образом, в наследии Фромма имеется много уникальных идей, повлиявших на сознание XX в.: О человеке как "чуть ли не самом эксцентричном разработке универсума", об исторической обусловленности страстей и переживаний человека, о социальном характере как отражении сплава биологических и культурных факторов, о неизбежности универсального, всепланетного гуманизма. Фромм обосновал способности разностороннего совершенствования человека как живого, мыслящего и чувствующего существа.

3). индивидум в определенной ситуации как исходный пункт философского раз мышления Э.Фромма.

Напомним мысль Фромма: пророк далеко не постоянно возглашает нечто новое. Для него значительно другое верность своим заповедям. Сам
Фромм в обстановке сциентистских увлечений столетия сохранил поразительную верность одной теме парадоксу человека. Эта неотступность и оказалась пророческой. Ренессанс антропологического мышления в нашем веке в большой степени подготовлен работами Эриха Фромма.

О чем бы не писал Фромм – о бытии, власти, государстве, деспотии, культуре, нации, собственное рассуждение он начинает с человека. Индивидум в определенной ситуации исторической, социальной, психологической, экзистенциальной таков исходный пункт его философствования. Соответственно все, что вырастает из подобного размышления, содействует постижению человека как парадокса.

Отвергая либо исправляя пробы раскрытия тайны человека, осуществленные Л.Фейербахом, К.Марксом, З.Фрейдом, философ разработал целостное учение о человеке как чувствующем, страдающем и мыслящем существе. Человек, его сущность, социальная обусловленность суть основополагающих принципов миропонимания Фромма. Индивидум в "нездоровом",
"больном" обществе это и исследуемая действительность, в которую "заброшена" личность, и объект социальной критики Фромма. Наконец, "кодовое" предназначение его исследований поиски путей к "обновлению", "возрождению",
"самовыявлению" и "самореализации" человека.

очевидно, найти Фромма как специалиста в области философской антропологии задачка очень общественная. Персоналистская традиция в европейской философии очень многолика. Нашим исследователям, навечно отлученным от антрополого-экзистенциальной полосы в философии, не постоянно очевидна её сложность и неоднородность. Обилие подходов к человеку порой ускользает от нас. Мы толкуем персоналистское течение как нечто нерасчлененное.

Многие философские направления, к примеру экзистенциализм и персонализм, разглядывают человека в качестве основной трудности философии вообще. Но энтузиазм к человеку, тем не менее, находится по-различному.

Персоналистская философия, обосновывающая суверенитет личности, не может отвлечься от вопросов: каковы собственные пределы человека? В чем он черпает базы нравственности? Что питает его волевые импульсы? Она совсем не стремится к тому, чтоб поста вить в центр своей рефлексии человека. Мир для нее иерархичен. Внутри данной философии Э.Фромм занимает очень оригинальную позицию. Он превращает человека в меру всех вещей в том смысле, что отвергает все пробы подчинить человека какой-то другой сущности. Не лишь общество, но и вся Вселенная оцениваются Фроммом через призму человека.

Но нет ли в таком подходе откровенной идеализации человека? Разве человек заранее добр, универсален и безграничен? Не подрывает ли в таком случае антропологическая мысль свои собственные основания? Прославляя человека, мы как бы сознательно отвлекаемся от тех деструктивных потенций, которые заложены в нем. Не утопична ли гуманистическая этика Фромма?

4). Концепция разрушительного в человеке, парадокс исторической дегуманизации.

Отметим сходу: ни идеализации, ни обожествления человека у Фромма нет. Он совсем не отвлекается оттого, что конкретно человек создал антигуманное общество, растерзал природу, развил в себе некрофильские тенденции.
Американскому философу принадлежит глубочайшая и очень последовательная концепция разрушительного в человеке. В этом просто убедится, если прочесть хотя бы его работы "Душа человека", "Из плена иллюзий" и др.

Рассмотрим взоры Э.Фромма на природу человека изложенные в его труде Душа человека. Её способность к добру и злу.

Одни полагают, что люди — это овцы, остальные считают их хищными волками.
— Пишет Фромм —. Обе стороны могут привести аргументы в пользу собственной точки зрения. Тот, кто считает людей овцами, может указать хотя бы на то, что они с легкостью выполняют приказы остальных людей, даже в вред себе. Он может также добавить, что люди опять и опять следуют за своими вождями на войну, которая не дает им ничего, не считая разрушения, что они верят хоть какой несуразице, если она излагается с надлежащей настойчивостью и подкрепляется авторитетом властителей — от прямых угроз священников и правителей до вкрадчивых голосов более либо менее тайных обольстителей. Кажется, что большая часть людей, подобно дремлющим детям, просто поддается внушению и готово безвольно следовать за хоть каким, кто, угрожая либо заискивая, довольно упорно их уговаривает. Человек с сильными убеждениями, пренебрегающий действием толпы, быстрее исключение, чем правило. Он частенько вызывает восхищение последующих поколений, но, как правило, является посмешищем в очах собственных современников.

но Фромм тут же замечает, что если большая часть людей — овцы, то почему они ведут жизнь, которая этому полностью противоречит? История человечества написана кровью. Это история никогда не прекращающегося насилия, поскольку люди практически постоянно подчиняли себе схожих с помощью силы. Он справедливо показывает на то, что Талаат-паша не сам убил миллионы армян, и так же Гитлер не один убил миллионы евреев, а Сталин — миллионы собственных политических врагов. Эти люди были не одиноки, — говорит Фромм - они располагали тыщами остальных людей, которые умерщвляли и пытали, делая это не просто с желанием, но даже с наслаждением.

таковой мыслитель, как Гоббс, из всего этого сделал вывод: homo homini lupus est — человек человеку — волк. И сейчас многие из нас приходят к заключению, что человек от природы является существом злым и деструктивным, что он напоминает убийцу, которого от любимого занятия может удержать лишь ужас перед более мощным убийцей.

Фромм находит этому явлению другое объяснение, которое заключается в том, что меньшинство волков живет бок о бок с большинством овец. Волки желают убивать, овцы желают делать то, что им приказывают. Волки принуждают овец убивать и душить, а те поступают так не потому, что это доставляет им удовлетворенность, а потому, что они желают подчиняться. Не считая того, чтоб побудить большая часть овец действовать, как волки, убийцы обязаны придумать истории о правоте собственного дела, о защите свободы, которая типо находится в угрозы, о мести за детей, заколотых штыками, об изнасилованных женщинах и поруганной чести.

Этот ответ звучит убедительно, но и после него у Э.Фромма остается много колебаний, и он ставит следующий вопрос: Не значит ли он, что есть как бы две человеческие расы — волки и овцы? И дальше: если это не свойственно их природе, то почему овцы с таковой легкостью соблазняются поведением волков, когда насилие представлено в качестве их священной обязанности? Может быть, произнесенное о волках и овцах не соответствует реальности? Может быть, и в самом деле отличительным свойством человека является нечто волчье и большая часть просто не проявляет этого открыто? А может, речь вообще не обязана идти об альтернативе? Может быть, человек — это сразу и волк, и овца, либо он — ни волк, ни овца?

Понятно, что вопрос о том, является ли человек волком либо овцой,— это только заостренная с помощью образов формулировка вопроса, который является основополагающим в социальной антропологии и этике, а конкретно: что есть человек — является ли он по своему существу злым и порочным, либо он добр по собственной сути и способен к самосовершенствованию?

таковым образом, следуя по цепи вопросов, Фромм раскрывает глубину затронутой трудности. И чем дальше он продвигается, тем больше и глобальнее вопросы встают на его пути. Это вынуждает его проанализировать делему в историческом разрезе:

С точки зрения Ветхого завета человек способен и к отличному, и к дурному, он обязан выбирать меж хорошем и злом, меж благословением и проклятием, меж жизнью и гибелью. Бог никогда не вмешивается в это решение. Он помогает, посылая собственных посланцев, пророков, чтоб наставлять людей, каким образом они могут распознавать зло и осуществлять добро, чтоб предупреждать их и возражать им. Но после того как это уже свершилось, человек остается наедине со своими «двумя инстинктами» — рвением к добру и рвением к злу, сейчас он сам обязан решать эту делему. Фромм видит опасность в том, что чувство бессилия, обхватывающее сейчас как интеллигента, так и среднего человека, может привести к тому, что они усвоят новенькую версию порочности и первородного греха и употребляют её для рационализации взора, согласно которому война неизбежна как следствие деструктивности человеческой природы. Схожая точка зрения, — пишет он — часто козыряющая своим необычным реализмом, является заблуждением по двум причинам. Во-первых, интенсивность деструктивных устремлений ни в коем случае не свидетельствует об их неодолимости либо даже доминировании. Во- вторых, предположение, что войны являются в первую очередь результатом деяния психологических сил, неверно.

Не стоит, но, мыслить, что Фромм, владеющий долгим опытом практикующего психоаналитика, может недооценивать деструктивных сил в человеке. Он, видя эти силы в действии у тяжело больных пациентов, естественно же, знает, как тяжело бывает остановить либо навести их энергию в конструктивное русло, но все же он настаивает на том, что войны появляются по решению политических, военных и экономических вождей для захвата земель, природных ресурсов либо для получения торговых приемуществ, для защиты от настоящей либо мнимой опасности сохранности собственной страны либо для того, чтоб поднять свой личный престиж и стяжать себе славу. Эти люди не различаются от среднего человека: они эгоистичны и чуть ли готовы отрешиться от собственных преимуществ в пользу остальных, но совместно с тем они не выделяются ни особой злобностью, ни особой жестокостью. Когда такие люди, которые в обычной жизни быстрее содействовали бы добру, чем злу, приходят к власти, повелевают миллионами и располагают самым ужасным орудием разрушения, они могут нанести большой вред. В гражданской жизни они, возможно, разорили бы конкурента. В нашем мире могучих и суверенных стран (причем
«суверенный» значит: не подчиняющийся никаким моральным законам, которые могли бы ограничить свободу действий суверенного страны) они могут искоренить всю человеческую расу. Исходя из всего вышесказанного, Э.Фромм делает следующий вывод: Главной угрозой для человечества является не изверг либо садист, а обычный человек, наделенный необычайной властью.

Итак, ответив на первый вопрос: человек — волк либо овца, Фромм соображает следующую тему: что лежит в базе человеческого ценностной системы человека и направляет его деяния:

Я хотел бы остановиться на трех парадоксах, которые лежат, по моему мнению, в базе более вредной и опасной формы человеческого ориентирования: на любви к мертвому, закоренелом нарциссизме и симбиозно- инцестуальном влечении. Взятые совместно, они образуют «синдром распада», который побуждает человека разрушать ради разрушения и ненавидеть ради ненависти. Я хотел бы также обсудить «синдром роста», который состоит из любви к живому, любви к человеку и к независимости. Только у немногих людей один из этих двух синдромов получил полное развитие. Но нет сомнения в том, что каждый человек движется в определенном, избранном им направлении: к живому либо мертвому, к добру либо злу.

В итоге собственных теоретических исследований, Фромм приходит к следующим выводам:

1. Зло — это специфичный человеческий парадокс. Во зле человек теряет сам себя при катастрофической попытке освободиться от тяжести собственного человеческого бытия.

2. Степени зла соответствует степень регрессии. Большим злом являются те побуждения, которые ориентированы против жизни: любовь к мертвому; инцестуально-симбиозные устремления возвратиться в лоно матери, к земле, к неорганическому; нарциссическое самопожертвование, которое делает человека противником жизни конкретно потому, что он не может покинуть тюрьму собственного собственного «Я» (см. Схему).

3. Зло также существует и в меньшей степени, что соответствует и меньшей регрессии. В таком случае речь идет о дефиците любви, разума, о недостатке энтузиазма и нехватке мужества.

4. Человек склонен идти назад и вперед, по другому говоря, он склонен к добру и злу. Когда обе склонности еще находятся в равновесии, он свободен выбирать, если предположить, что он может осознать свою ситуацию и способен к серьезным усилиям. Тогда он может выбирать меж альтернативами, детерминированными, со собственной стороны, общей ситуацией, в которой он находится. Но если его сердце ожесточилось до таковой степени, что его склонности больше не уравновешены, он больше не свободен в выборе. В цепи событий, которые ведут к утрате свободы, последнее решение традиционно не дает человеку способности свободного выбора; при первом решении еще существует возможность, что он свободно выберет путь к добру, если предположить, что он сознает значение этого первого решения (см. Схему).

| |Синдром роста | |
| |биофилия |любовь к |независимость, |
|Уровни |(любовь к жизни)|ближнему, |свобода |
|прогрессии: | |чужаку, природе | |
|Норма: | |
| |некрофилия |нарциссизм |инфантилизм, |
|Уровни |(любовь к |(любовь к себе) |симбиотическая |
|регрессии: |неживому, | |материнская |
| |технократизирова| |связь |
| |нный характер) | | |
| |Синдром распада | |

5. Вплоть до точки, в которой у него больше нет свободы выбора, человек ответствен за свои деяния. Но ответственность является лишь этическим постулатом, и частенько речь идет только о рационализации желания авторитарных инстанций иметь возможность наказать человека. Конкретно потому, что зло есть нечто вообще человеческое, ибо оно представляет потенциал регрессии и утрату нашей гуманности, оно живет в каждом из нас. Чем больше мы понимаем это, тем меньше мы в состоянии сделаться судьями над другими людьми.

6. Все мы детерминированы тем, что родились людьми и потому постоянно стоим перед задачей воспринимать решения. Совместно с нашими целями мы обязаны выбирать и наши средства. Мы не можем полагаться на то, что кто-то нас освободит, но мы обязаны постоянно сознавать тот факт, что неправильные решения отнимают у нас возможность высвободить самих себя.

Мы обязаны на деле достичь осознания самих себя, чтоб иметь возможность выбрать добро, но это самосознание не поможет нам, если мы утратили способность быть до глубины души взволнованными бедой другого человеческого существа, дружеским взором, пением птиц и свежей зеленью травки. Если человек равнодушен к жизни, то больше нет надежды, что он выберет добро. Его сердце вправду ожесточилось так, что его
«жизнь» закончилась. Если бы это случилось со всей человеческой расой либо её более могущественными членами, это могло бы привести к угасанию жизни человечества в её самый многообещающий момент.

конкретно Фромму принадлежит уникальная мысль: история совсем не стремится очеловечить человека. Напротив, она часто пробует вытравить в нем истинно человеческое, извратить его природу. Естественно, многие исследователи и до американского ученого направляли внимание на нехорошие стороны человеческого существа. Но Фромм выступает как последовательный аналитик того зла, которое заключено в человеке. Фромм отлично знает о падениях человеческой души. Ведь его первая книга "Бегство от свободы"
(1941) была посвящена тоталитаризму. Сейчас, когда человечество прошло через опыт массовых насильственных экспериментов с человеческим материалом, необходимо сказать, без преувеличения: история это также и процесс расчеловечивания человека. Правильно ли, что всякое философское постижение человека неотвратимо преобразуется в критическую теорию ? По всей видимости, правильно, потому что человечество на протяжении собственного развития много раз демонстрировало такую ситуацию, когда мысль социальности не соизмерялась с человеческой природой, с человеческими потребностями.

5). Человек как реализация продуктивного начала и мерило истории

Не случаем Фромм принципиально отказывался находить истоки публичного миропорядка, нравственных исканий, человеческих потенций в чем-то ином, ежели в самом человеке. Он чуть ли не единственный исследователь в западной философии, кто неприклонно развивает тему человеческой сущности как реализации продуктивного, жизнетворческого начала. Человек сам по себе не плох и не хорош. Он открыт для самосозидания. Это значит, что его можно соразмерять с самим собой, то есть с нераскрытым человеческим потенциалом. В этом смысле человек может оказаться некой идеальной меркой не лишь для самого себя, но и для всей истории. Принципиально лишь не отступать от данной антропологической позиции, не приискивать других трансцендентных критериев для оценки человеческого, не считая как внутри него самого. В изложении данной идеи Фромм постоянно последователен.
О чем бы ни зашла речь о социальной динамике, об исторических ситуациях, о процессе социализации, Фромм постоянно видит перед собой одну и ту же делему как раскрывается в данном случае общечеловеческое...

Итак, всякая философская антропология, естественно, начинается с вопроса "Что такое человек?". Многие мыслители пробовали осветить эту тему, перечисляя те либо другие неповторимые человеческие характеристики. Одни считали, что человеческая природа, скажем, обусловлена фактом грехопадения, остальные усматривали её в разумности человека, третьи в его социальности. Подход
Фромма принципиально другой. Он отказывается от конкретного определения человеческой природы, которое сводилось бы к обозначению человеческих задатков. В концепции американского исследователя "человеческая природа" выступает как философское понятие, некая абстракция.

Фромм полагает, что понятие и сущность человека выражают не качество и не субстанцию, а противоречие, имманентное человеческому бытию. По мнению
Фромма, поведение человека нельзя объяснить на базе раскрытия одних лишь биологических устройств, извечно присущих людям. Он отвергает также и противоположную точку зрения, согласно которой главные мотивы поведения индивидов нужно находить в социокультурных факторах. Как полагает ученый, нужно избегать изолированного анализа лишь психического либо лишь общественного.
Главные страсти и желания человека, отмечает Фромм, появляются из его всеобщего существования, то есть из неповторимой ситуации, в которой вообще оказался человек. По своим физиологическим функциям люди принадлежат миру животных, существование которых определяется инстинктами и гармонией с природой. Но совместно с тем человек уже разделен от животного мира. И эта его
"раздвоенность" составляет суть психологически окрашенного экзистенциального противоречия.

неувязка сущности человека понимается Фроммом как глубинное экзистенциальное рассогласование. Поступки людей уже не определяются инстинктами. В сравнении с другими животными эти инстинкты у людей слабы, непрочны и недостаточны для того, чтоб гарантировать им существование.
не считая того, самосознание, разум, воображение и способность к творчеству нарушают единство со средой обитания, которое присуще животному существованию. Человек знает о самом себе, о собственном прошедшем и о том, что в будущем его ожидает погибель, о собственном ничтожестве и бессилии. Человек остается частью природы, но он неотторжим от нее. Он сейчас соображает, что "заброшен" в мир в случайном месте и времени, понимает свою беспомощность, ограниченность собственного существования. Над ним тяготеет собственного рода проклятие: человек никогда не освободится от этого противоречия, не укроется от собственных мыслей и чувств, которые пронизывают его существо.
Человек, отмечает Фромм, это единственное животное, для которого собственное существование является неувязкой: он её обязан решить и от нее никуда не уйти.

тут возникает следующая неувязка фроммовской философской антропологии. Это вопрос о модусах человеческого существования. Философ определяет известную дихотомию ”Иметь либо Быть”. Экзистенциальное противоречие дозволяет человеку мыслить о своем самоосуществлении. Но оно дает подсказку и другой выход – Иметь, то есть заглушить коллизию человеческого бытия, обратится к иллюзорному самоудостоверению.

Обладание представляется обычной функцией нашей жизни: чтоб жить, мы обязаны обладать вещами. Более того, мы обязаны обладать вещами, чтоб получать от них наслаждение. Да и как может появиться другая альтернатива в обществе, высшей целью которого является иметь и иметь как можно больше и в котором один человек может сказать о другом: "Он стоит миллион баксов"?
При таком понимании, напротив, кажется, что сущность бытия заключается конкретно в обладании, что человек ничто, если он ничего не имеет ( работа
"Иметь либо Быть?" ). Фромм полагает, что за душу человека борются два принципа принцип обладания и принцип бытия. Человек обязан быть самим собой, развивать присущие ему свойства, а не стремиться к стяжательству, к непомерным вожделениям. Тенденция Иметь в конечном счете черпает силу в биологическом факторе, в стремлении к самосохранению. Вторая тенденция Быть означает отдавать, жертвовать собой обретает силу в специфичных условиях человеческого существования. Эти рассуждения Фромма получают сейчас необыкновенную значимость и актуальность.

Фромм постулирует вечность экзистенциального поиска. Так, в философском наследии ученого возникает множество бытийственных человеческих заморочек любовь, свобода, власть, погибель. Содержанием человеческой истории, по Фромму, является рвение людей обрести самих себя, воплотить те потребности, которые порождены распадением прежних, вначале целостных связей. Но непосредственно сложившееся общество, та либо другая форма общественного обще жития мешает полному воплощению человеческих потенций. На протяжении долговременной истории человечества разум, воля, эмоции людей не получали и не могли получить адекватного самовыявления. Общество не содействовало реализации глубинных потребностей, а, напротив, стесняло их либо направляло в ложное русло.

Но каковы эти глубинные человеческие потребности, описанные в работах
Фромма? Это потребность человека в общении, в межиндивидуальных узах, в творчестве как в одной из более важных интенций человека, в ощущении глубочайших корней, гарантирующих крепкость и сохранность бытия, рвение к уподоблению, к познанию, освоению бытия.

Фромм был бы, по-видимому, вполне обычным философским антропологом, если бы ограничился рассмотрением тех заморочек, которые воспроизведены в данной работе, человеческой природы, человеческой сущности, модусов человеческого существования, человеческих потребностей. Но американский философ был крупным представителем неофрейдизма. В его книгах содержится большой эмпирический материал, раскрывающий глубинные проявления человеческого поведения. Как скооперировать, скажем, рассуждения
Фромма об изначальных человеческих потребностях с анализом авторитарности, разрушительности человека? По другому говоря, как, стремясь к познанию, творчеству, человек феноминальным образом отрекается от свободы, самостийности и ищет способности подчинить себя власти безропотно и совсем ? Фромм разъясняет: по отношению к индивидуму общество может делать разные функции содействовать раскрытию возможных способностей человека, его потребностей либо де сформировывать эти внутренние побуждения, придавать им искаженную форму. Во-первых, человек утрачивает контакт с самим собой, в итоге чего возникает парадокс деперсонализации. Во-вторых, его дела с другими людьми получают функциональный, овеществленный характер. Картина "всеобщей отчужденности", развернутая Фроммом, не представляется в наши дни ни абстрактной, ни утопи ческой, ни преувеличенной. Человек, по мнению Фромма, подчинен не лишь вещному миру. Публичные и политические происшествия, которые создает человек, подчиняют его себе. Отчужденный человек, который верит, что он господствует над природой, становится рабом вещей и событий, беспомощным придатком в мире, который сам есть не что другое, как застывшее
(опредмеченное) выражение его собственных сил. Сейчас, как полагает Фромм, запуганное человечество со ужасом ожидает, удастся ли ему спастись либо оно попадет под иго созданной им бюрократии. Разве можно не вдуматься в предостережение Фромма о том, что в информационном обществе может вообще исчезнуть неувязка свободы человека, его ответственности, ибо этот мир, если он будет выкроен по меркам технократического мышления, закончит быть человеческим? Процесс социализации, по мнению Фромма, начинается уже с того мгновения, когда индивидум проявляет себя и свое отношение к людям через формы человеческих отношений. Развитие той либо другой формы общения приводит к формированию публичного характера (эта категория введена Э.Фроммом ), то есть стабильной и верно выраженной системы ориентации. Соответственно пяти способам социализации (мазохизм, садизм, деструктивизм, конформизм и любовь) появляются методы адаптации к социуму рецептивный, эксплуататорский, накопительский, рыночный и продуктивный. На базе этого
Фромм разрабатывает свою характерологию, придавая ей еще большее значение, чем Юнг. Он подчеркивает, что чем дальше развивался психоанализ, тем становилось яснее, что невротический характер можно понять лишь через невротический характер. Новая, создаваемая психоанализом, характерология, по мнению Фромма, очень нужна для развития этической теории.
Предметом этического исследования все почаще стают не отдельные пороки и добродетели, а добродетельный либо порочный характер.

Фромм стремится анализировать сложные социальные явления, вскрывая изначальные психические потребности человека, вырастающие на данной базе типы общения, типы ориентации и всякого рода патологические смещения. От необычных светотеней психики он продвигается к описанию человеческих социальных типов.

Философская антропология Фромма включает в себя психоаналитические, экзистенциальные, фактически антропологические, марксистские идеи. Она открыта также для старой мистической традиции, для восточного оккультизма.
Не приводит ли это к эффекту эскизной собирательности, либо в итоге рождается плодотворный синтез ? Исходные позиции философа не претерпевают существенных конфигураций. Доминанта философской рефлексии Фромма мучительное и напряженное постижение тайны Человека.

V. «Радикальный гуманизм» Фромма и его значение для современников.

Свою концепцию Фромм назвал радикальным гуманизмом. В список идейных источников, на которых основывается эта концепция, входят теории З.Фрейда,
К.Маркса и И.-Я.Бахофена, а также учения таковых деятелей превосходной культурной трансформации, как иудейские пророки и Будда. Это сочетание смотрится странноватым. Вправду, что общего меж патриархальным библейским монотеизмом, не менее патриархальным Фрейдом (кстати, отождествлявшим себя с Моисеем) - с одной стороны - и открывателем матриархата Бахофеном - с другой? Что общего меж буддизмом и учением
Маркса?

мысль Фромма состоит в том, что фактически хоть какое учение - как религиозное, так и светское - содержит авторитарную и гуманистическую составляющие. При этом если учение находится у власти, то начинает преобладать первая тенденция, а если в оппозиции, то преобладает вторая.
Фромм считает, что настоящая граница проходит не меж различными учениями, а меж этими двумя тенденциями во всех учениях. Он иллюстрировал эту мысль, зачитывая различным людям отрывки из "Экономическо-философских рукописей 1844 года" К.Маркса и слушая версии собеседников об авторстве этих отрывков.
Назывались как Фома Аквинский, так и современные теологи, а популяризатор дзен-буддизма на Западе Дайсэцу Судзуки говорил, что это дзен.

заглавие "конкретный гуманизм" говорит само за себя, - этот подход отрицает любые надчеловеческие (не надличностные, а конкретно надчеловеческие) цели для человека. Приведенных выше идейных вдохновителей концепции радикального гуманизма объединяет ориентация на решительную борьбу с господствующими над людьми иррациональными силами. Зигмунд Фрейд посягнул на сферу иррациональных инстинктов, применяя к ним силу познающего разума.
Карл Маркс аналогичным образом вторгся в область социальной инфернальности, стремясь к её преодолению методом переустройства общества на основах разума и свободы. Пророки боролись против всех форм идолопоклонства, считая человека выше идолов. Иоганн Якоб Бахофен, реконструировавший эгалитарную и миролюбивую стадию в развитии общества, нанес удар по иллюзии естественности преобладания таковых патриархальных ценностей, как злость, эксплуатация, конкуренция и социальная иерархия. Преодоление всех иллюзий, держащих нас в плену, проповедовал Будда - радикальнейший приверженец человеческой независимости.

Сторонники радикального гуманизма отстаивают неподвластность человека никаким высшим силам. В этом состоит негативная свобода, свобода ОТ. Но у свободы есть также положительный аспект - свобода ДЛЯ. Одна лишь голая свобода ОТ невыносима для человека, - утверждает Фромм в книге "Бегство от свободы". Поэтому личность, не сумев развиться до положительной свободы и получив свободу нехорошую, спасается от нее, убегая в объятия новой зависимости.

Исследуя тоталитарные режимы (основным образом - на примере нацистской
Германии) Фромм видит в них механизм бегства от свободы в виде подчинения человеком собственной воли внешнему авторитету - партии, державе, "закону и порядку" как самоценности. Это в равной мере относится и к массам, и к вождям, - Гитлер считал себя орудием Судьбы, Нации и Природы; Сталин управлялся интересами страны.

В демократических режимах ХХ века Фромм также следит бегство от свободы, но его механизм несколько другой. Тут личность не подчиняет себя наружной силе, а полностью интегрируется в нее. Человек как бы облекает себя в красочную упаковку, чтоб повыгоднее "продаться" на "рынке личностей" - при устройстве на работу, завязывании деловых знакомств и т.П. Этот тип характера Фромм называл конформистским (в остальных работах - рыночным).

Не на социальном, а на личностном плане вариантом бегства от свободы является наркомания, и с тем же разрушительным эффектом.

На базе изложенного постараюсь сконструировать своё представление о движении за социальную реконструкцию на принципах радикального гуманизма:

· Это движение обязано содействовать развитию условий для наибольшей реализации творческого потенциала людей. Лишь в гнилом гуманизме "увяла плоть и дух погас" (А.Блок), у гуманизма радикального мишень противоположная.

· Движение обязано стараться содействовать тому, чтоб человеческая цивилизация с минимальными жертвами и разрушениями прошла через горнило грядущих испытаний. Одна из основных задач движения в России - сохранить её пока еще высокий культурный, образовательный и экологический потенциал и тем самым предотвратить окончательное сползание страны в "третий мир".
Тогда, находясь в стороне от полосы противоборства "Север-Юг", Россия сумеет избежать многих жертв, а также помочь иным странам в будущем Возрождении.

· Активность движения обязана проявляться в сферах педагогики и культуры. При этом культура понимается в более широком смысле, включающем и экологическую культуру, и культуру самоуправления.

· Движение не обязано быть зациклено на догмах - на обладании
"единственно верным учением". нужен творческий диалог и сотрудничество со всеми живыми силами.

· Движение обязано стремиться не к эффектности, но к эффективности собственной практики.

· нужно гармоничное сочетание публичной деятельности с физическим и духовным саморазвитием. Ганди совсем правильно говорил, что мы обязаны сами быть тем конфигурацией, которое желаем созидать в мире. Лично мне хотелось бы созидать будущее как "свободное общество гармоничных личностей"
(П. Рябов), а не как тусовку панков либо общество революционных фанатиков.

Литература

1. Фромм Э. Душа человека. Москва, 1992. ( включает работы "Искусство обожать", "Душа человека", "Забытый язык", "Концепция человека у Маркса" и др. )
2. Фромм Э. Иметь либо быть ?. Москва, 1986.
3. Критическая статья д-ра фил. Наук П.С. Гуревича в книге Э. Фромма
"Бегство от свободы" (Москва, 1990)
4. Современная западная философия: словарь / сост. Малахов В.С., Филатов
В.П. Москва, 1991.
5 Неофрейдизм в поисках “истины” (Иллюзии и заблуждения Эриха Фромма).
Добреньков В.И. Москва, 1974;
6 Эрих Фромм: странички документ, биогр. Функ Р. Москва, 1991;
7 Западная философская антропология: от Фейербаха к Фромму. Любутин К.Н.,
Грибакин А.В. Екатеринбург, 1994;
8 Философская антропология и гуманизм Эриха Фромма. Москва, 1995;
9 Иcтория теоретической социологии в 3-х томах, Москва, 1997;
10 Философская энциклопедия в 5-ти томах, Москва ,1960;
11 Фромм Э. “Искусство любви”. Минск, 2000



   Другие работы из раздела:

Что такое материя. История возникновения взора на материю
Что такое материя. История возникновения взора на материю. Материя (лат. Materia – вещество), «…философская категория для обозначения объективной ....

Будда
Будда В.Н. Фурс практически — «озаренный». Это Озарение есть Трансцендентное Знание в самом высоком смысле. Это Состояние Знания, в котором истинное....

Политическая философия В.В.Розанова
Политическая философия В.В.Розанова Василий Васильевич Розанов-великий российский философ, писатель и публицист, который всю свою жизнь провел в непрерывном....

Философские трудности экономики и политики
Философские трудности экономики и политики Экономическая сфера жизни общества – это социальное пространство, на котором осуществляется экономическая жизнь....

Философия Н.Кузанского и Ибн-Араби
Философия Н.Кузанского и Ибн-Араби. Два типа рационализации мистицизма Смирнов А.В. И в Европе, и в арабском мире богатая мистическая традиция....

Душа животных и человека
ДУША ЖИВОТНЫХ И ЧЕЛОВЕКА По представлению физиологов, деятельность сознания, т. Е. Психическая деятельность, обязана быть представляема как....

Главные положения учения Дарвина
На Земле есть не менее 2 млн.Видов животных,до 0,5 млн.Видов растений, сотни тыщ видов грибов и микроорганизмов.Как появилось великое обилие видов и....

Контент-анализ, как способ исторического исследования
Контент-анализ, как способ исторического исследования. Контент-анализ (contents - англ.: Содержание, содержимое) – научный способ, предполагающий....